«Горе было таким глубоким, что вначале я не мог даже плакать»: Паоло Соррентино рассказывает о своем самом личном фильме «Рука Бога»

0 4

С 15 декабря на Netflix можно будет узреть драму «Рука Бога» — обескураживающе откровенную автобиографию Паоло Соррентино. О правде и вымысле режиссер сказал Татьяне Розенштайн

Вы сняли во многом автобиографическую картину. Почему не сделали этого ранее?

Я бы произнес, не хватало зрелости. Честно говоря, мне и на данный момент не очень хотелось браться за таковой личный проект, но я осознавал, как принципиально поведать эту историю моим детям. Быть может, благодаря кинофильму они чуток лучше усвоют, кто их отец и откуда у него столько недочетов.

Вы сели за сценарий во время локдауна?

Намного ранее! Среди работы над «Новеньким отцом» я вдруг собрался сделать перерыв и некоторое количество дней провел, записывая свои мемуары. Самое основное для меня, что, в отличие от остальных моих картин, в «Руке Бога» правды намного больше, чем художественной ереси.

Приметно, что вы рассказываете эту историю с большенный нежностью. И 80-е смотрятся у вас весьма романтичным временем.

Да, для меня они были самым глуповатым и беспечным десятилетием! И все же кинофильм можно поделить на две части: в первой я показываю светлую и отрадную жизнь, полную праздничков и любви, а 2-ая полна катастрофы и одиночества.

Вы остались сиротой, когда для вас было 16 (отец и мама Соррентино погибли из-за утечки газа. — Прим. HB). Каково это — утратить родителей в таком молодом возрасте?

Вдруг ощущаешь себя старенькым и никому не необходимым. Возвращаешься домой и понимаешь, что все знакомые с юношества вещи для тебя полностью чужие. Горе было таким глубочайшим, что вначале я не мог даже рыдать.

Роль отца вы доверили собственному старенькому другу и соратнику Тони Сервилло. Он сходу согласился на такую ответственную работу?

Тони уже издавна стал членом моей семьи, потому совершенно не опешил тому, что я пригласил его сыграть родного мне человека. Мои дела с папой были полны противоречий. Он был весьма смышленым и сердечным, но тотчас третировал обязательствами главы семьи. Я никак не мог его осознать и даже считал незначительно странноватым. Итак вот Тони, не получив от меня никаких инструкций, без помощи других сделал умопомрачительно четкий образ и даже открыл мне глаза на какие-то вещи.

Вы издавна живете в Риме. А с родным Неаполем у вас какие отно- шения?​

Это мой дом. В столице я всего только турист. В Неаполе много воды, веселья и приключений. На юге весьма обожают пошутить, но юмор там не может задеть и тем наиболее ранить — обычно он далек от определенных людей либо событий.

Во время премьеры в Венеции почти всех поразило, как откровенно вы сняли сцену первого секса головного героя. Вы ее придумали?

Будем считать, что это моя фантазия. Я бы не отказался утратить девственность таким образом: повстречать взрослую — весьма взрослую! — даму, которая желает посодействовать страдающему мальчугану и освободить его хотя бы от одной задачи.

Как вы считаете, режиссером вас сделала конкретно домашняя катастрофа?

В некий степени. Ведь кино дает шанс сбежать от действительности. Оно не решает заморочек, но помогает от их уклониться. Нежданно мои личные переживания оказались в моей власти… Вообщем, то, что происходит на экране, вводит в заблуждение всех: и тех, кто это снял, и тех, кто глядит.

Источник: bazaar.ru

Напишите комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.