Кого на самом деле любил «комик с грустными глазами» Готлиб Ронинсон

0 1

Имя Готлиб он получил в честь погибшего за год до его рождения деда. Мальчишка родился 12 февраля 1916 года в городке Вильно, который позже стал называться Вильнюсом. Но опосля того, как из семьи ушёл отец, Готлиб с матерью перебрались в Москву. Для матери он был «светом в окошке», она называла его «Гошенькой» и непрестанно кутала собственной заботой. Может быть, таковая гиперопека матери и не дозволила Готлибу сделать свою семью: девицы иногда появлялись, но мать всех свирепо «браковала», и Готлиб не решался пойти ей наперекор, так и оставшись одиноким.

Жилось им тяжело, средств повсевременно не хватало. Потому Готлиб уже в 15 лет начал работать — даже не закончив школу.

Ему весьма хотелось петь, и в детском хоре, который он посещал, его считали профессиональным и предвещали, что опосля возрастной ломки голоса у Ронинсона сформируется хороший тенор. Парень грезил о карьере оперного певца — но из этого ничего не вышло. Разочарование ожидало его и в мимическом ансамбле — его пришлось покинуть.

РИА Анонсы

Награждён медалью

О службе в армии нечего было и мыслить — парня с врождённой эпилепсией признали негожим к строевой службе. Когда началась война, ему было 25 лет, он был студентом Щукинского училища. Будущему актёру поручили эвакуировать в тыл детские учреждения Москвы. Так Ронинсон (и мать, очевидно) оказался в городке Верхнеуральске Челябинской области. Работал воспитателем детского сада, собирал по поручению райкома продукты для освобождённых от фашистов районов. Организовывал концерты, на которых выступали эвакуированные, — а весь сбор от концертов высылали на дело обороны. За активную работу в эвакуации Ронинсона одарили медалью.

РИА Анонсы

«Цыганка» Готлиб

Опосля Победы он возвратился в Москву, закончил «Щуку» и был принят на работу в Театр на Таганке. Этот театр стал для Готлиба вторым домом практически на полста лет. Нет, у него фактически не было основных ролей — но было огромное количество увлекательных эпизодов, его обожали зрители. В каждую свою роль актёр вкладывал всю душу, старался создать её броской. К примеру, в спектакле «Товарищ, веруй…» Ронинсон блистательно исполнял роль цыганки: возникал перед публикой в разноцветных юбках и платке, наброшенном на плечи, тряс «золотыми» серьгами, строил глазки (ярко подведённые!), танцевал и пел душещипательный романс. Всякий раз этот номер срывал аплодисменты, зрители хохотали до упаду.

На Таганке

Да, ролей в театре было у него мало, потому приходилось «добирать» творческими вечерами, ролью в концертах, записями на радио. Ронинсон отлично пел, у него потрясающе выходили смышленые пародии. Скоро зрители начинали смеяться, лишь увидев артиста на сцене: они уже знали, чего же от него можно ожидать, и заблаговременно предвкушали наслаждение. В Театре на Таганке его звали «дядя Гоша», уважали и обожали.

Правда, актёр пару раз порывался уволиться — его обижало отсутствие новейших ролей.

Но каждый раз его успокаивали и уговаривали остаться. Так он и остался на Таганке — до собственного крайнего денька. За ним гурьбой бегали детки актёров — он с лёгкостью находил с ними общий язык, ребятишкам было с ним любопытно. Ведали, как будто «дядя Гоша» умеет снимать головную и зубную боль (физическое или эмоциональное страдание, мучительное или неприятное ощущение) — дескать, ему довольно просто поводить руками над нездоровым человеком, и всё пройдёт. Его даже звали в шуточку «министром здравоохранения», а Владимир Высоцкий предназначил ему шуточные стихи.

РИА Анонсы

«Берегись кара»

Но по-настоящему известным Готлиб Ронинсон стал опосля того, как его начали снимать в кино. Первую приметную роль он сыграл в 50 лет — зато сходу у мэтра кино, Эльдара Рязанова, в комедии «Берегись кара». Ему досталась роль начальника Юрия Деточкина — хорошего и несколько доверчивого человека, которому приходится то и дело отпускать собственного подчинённого в отпуск за собственный счёт, к типо нездоровым родственникам. Ронинсон смог придать собственному персонажу броский нрав и не затеряться в созвездии таковых актёров, как Смоктуновский, Миронов, Ефремов, Папанов. Его запомнили, его возникновение на экране опять вызывало ухмылки и хохот.

«Рыцарь несуразных образов»

Позже были «Зигзаг фортуны», «Драматичность судьбы, либо С лёгким паром!», «12 стульев», «Афоня»… Гротескные комедийные роли удавались Ронинсону идеальнее всего. В виде доверчивых недотёп он переходил на застенчивую, чуток заикающуюся речь, а совместно с неподражаемой мимикой и убийственно серьёзным лицом выходило весьма забавно. Стоило Готлибу произнести в кадре одну фразу — и она здесь же становилась крылатой. «Это нахальство, обымать мою супругу! Это даже я для себя не дозволяю!», «Скажите, а двести рублей не могут спасти гиганта мысли?», «Не нужно фамильярностей!», — помните? Его называли «рыцарем несуразных образов» и «мастером гротеска».

РИА Анонсы

Потрясённый переменами

Когда пришли 90-е, Готлибу Ронинсону тяжело было смириться с происходящими переменами. Он держал на сберкнижке какие-то сбережения, растрачивал не много: мать погибла, а он так и остался один, не обзавёлся ни супругой, ни детками. Как ведали друзья актёра, он завещал всё, что успел накопить, детскому дому. Но в один момент его сбережения, как и всех других людей страны, обесценились. Пропали. Его это потрясло. На нервной почве обострились все заболевания, ну и возраст давал о для себя знать. Ронинсон не сетовал, но был нескончаемо одиноким. Когда он выходил на улицу, к нему здесь же слетались птицы со всей окрестности — он подкармливал их крошками и зерном. А если вдруг подступали люди за автографом — отмахивался: «Что вы, я не артист, я бухгалтер. Вы спутали». Лишь детям не отказывал — подписывал открытки и фото.

В декабре 1991-го он был должен играться в спектакле «Мастер и Маргарита». Но не явился.

Коллеги сходу встревожились — Готлиб никогда не дозволял для себя пропускать спектакли, он никогда за всю жизнь не запоздал ни на одну репетицию. Придя к нему домой, они застали собственного товарища мёртвым — он скончался от инфаркта. За пару лет до погибели Ронинсон заказал для себя надгробную плиту со умеренной надписью и попросил друзей поставить ей на могилу, когда придёт время. В этом был он весь — не желал никого напрягать даже опосля погибели, сам обо всём позаботился заблаговременно.

Источник: www.goodhouse.ru

Напишите комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.